obgyn (obgyn) wrote,
obgyn
obgyn

Этот город. Граффити. Стена 1/2

Эпоха цифровой фотографии разрушает иллюзии эпохи Кодака. Кликабельные картинки обеспечивают увеличение (мои тринадцатикратное), и безжалостно рассеивают декоративный глянец эстетических миражей.

Свыше 90 процентов строений Нью-Йорка - трущобы в буквальном смысле этого слова. Остальной жилой фонд стремительно приближаeтся к состоянию трущоб. Наиболее распространены - барачные и полубарачные конструкции двадцатых годов прошлого столетия. Утлая, осыпающаяся застройка прикрывает срам своей нищеты фиговыми щитами рекламы и объявлений. Выкрашенные и выкрошенные дождевыми подтёками, покоробившиеся, в ясный день они, отражая яркое местное солнце, служат специфической светомаскировкой. Поэтому на плёнке Кодака город выглядит живописно, и едва ли не привлекательно, вводя в заблуждение почтеннейшую (и малопочтенную) публику, особенно из числа тех, кто тут никогда не был, воочую не узрел, и к месту не приближался, а судит всё ещё вспоминая иллюстрации журнала "Америка", по Голливудским movies и постерам тур агенств.

Советская пропаганда просто-таки злоумышленно идеализировала облик США. В этом смысле незабываема серия фильмов о политической истории Америки, запущенная обозревателем Зориным. Каждая передача начиналась с крупного плана роскошного небоскрёба, на фоне которого и располагался ведущий. - Даллас, - значительно говорил он, сдержано проводя вокруг рукою. Можно было подумать, что весь город и состоит из таких ультра- и супер- зданий окутанных тёмным пластиком и матовым стеклом.

Эффект Даунтауна - это два десятка небоскрёбов, прикрывающих собой всё те же трущобы. Да и сами небоскрёбы - за исключением фасада и лобби - внутри выглядят немногим лучше сортира в ЦПКиО. Подслеповатый, гудящий свет под зыбким, низким потолком, мелкие клетушки офисов (без окон!), прегородки из папье-маше, затхлость и сырость. Зато вид с самолёта красивый. Вблизи - сперва берёт отторопь, потом - догоняют кошмары.

Местное мифотворчество, попав под безжалостное увеличение, поспешно сдаёт позиции.

***

Прямо над фреской в окне, сквозь разбитое грязное стекло, виден вылянeвший звёздно-полосатый флаг.

Над верхним правым углом фрески - пресловутый рекламный щит. Адвокат предлагает услуги, и номер телефона.

Живые городские смыслы, протекая сквозь изменчивый историко-топографический сюжет, усиленные цифровой технологией, превращают честный, простоватый мистицизм местной живописи в бытовой реализм. В конечном счёте, вымывают наивную (религиозную) доверчивость, нанося взамен грубую почву прагматизма.

Из квартирки - точь в точь как эта, на втором этаже, а может, чтобы не мудрствовать, из этой самой квартирки, бросив последний взгляд через пыльное, щербатое стекло, сбежал по лестнице, пряча на бегу под куртку громадный шестизарядник, мальчишка. Сел в машину к поджидавшим его друзьям. Хлопнул дверцей.

След кровавый стелется.

Со временем краски рассказок и раскрасок блекнут. Следы остывают. Страсть засыпаем мёртвым сном.

Из барачных квартирок, окружённых бараками - одна дорога. Вернее, - два пути. Или в могилу, или в тюрьму. И, если выйдет тюрьма, - то помогут телефонный звонок квалифицированному специалисту по уголовному праву, а не молитва и ангелы.

Амнистия и освобождение - чисто конкретно, а не абстрактные свобода и бессмертие души - так современный контекст прочитывает старые картинки.


Отсюда - одна дорога. Вернее, - два пути.

Tags: Этот город. Граффити. Стены
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments