obgyn (obgyn) wrote,
obgyn
obgyn

Послесловие к Букеру. Начало пути. 7

В конце восьмидесятых перестройка, оправдываясь гласностью, исходила клюквенным соком политического суесловия. Давая, тем самым, отличный шанс идеологическим бойцам всех направлений скрестить полемические копья на бескомпромисных ристалищах. А вернее, оттянуться на конференциях, коллоквиумах, всевозможных встречах и совещаниях, щедро оплаченных как приглашающей - лакомой, зарубежной, так и командирующей - советской стороной. По этому поводу сыны и дочери отечества не первой свежести и просроченной годности - советские журналисты и публицисты - почувствовали прилив энергии, возвращение молодости. И сшили себе новые большие карманы.

Большой проект сулил большие барыши.

Горбачёвский курс предполагал открытые дискуссии по всем вопросам. И хотя на идеологических фронтах лилась не кровь, а чернила, фронтовые сто грамм бойцам исправно наливали, отсыпали табаку через спецрапределители, давали зелёный свет в издательствах, зажигали голубой огонёк на ТВ, наделяли землёй в садовых товариществах, предоставляли жилую площадь. В таких условиях профессиональные идеологические наёмники ещё были готовы если и не посражаться за советскую власть всерьёз, то, по крайней мере, принять боевую стойку, чтобы затем предъявить к оплате в партийную кассу счёт за оказанные услуги. Советский кассовый аппарат работал. Государство существовало. За фронду принципиально не наказывали, а вот за лояльность - за лояльность могли и наградить.

Возник слух о возвращении Солженицына.

Он ещё только издали грозил, что вернётся, ещё только пускал слухи, а сам всё не приезжал, и даже, вроде белого коня ещё на запрягал в кибитку, только зондировал, щупал что-то там у кремлёвских ворот. Пробовал ситуацию.

В этот момент, всё тщательно скалькулировав, Латынина выпустила в "Литературной газете" статью "Когда поднялся железный занавес".

В ней самого архитетрарха антисоветизма Александра Солженицына Латынина называла "аятоллой". Издевалась над почтительно изогнувшимися в ожидании его прибытия. С подкупающей прямотой, хлёстко писала о ревности и недоброжелательстве эмиграции.

В ситуации антисоветской истерии, захлестнувшей общество, публикация "Железного занавеса" объективно была патриотическим, интеллектуально смелым, и граждански достойным поступком.

Но намерения Аллы Латыниной были продиктованы вовсе не патриотизом, а корыстью и расчётом. Не антисоветское общество, а пока всё ещё советское государство стояло на раздаче. И именно к этой последней раздаче и поспешила в патриотическом порыве, а вернее, пустив патриотический пар, Алла Латынина. Внешне достойный, поступок был продиктован низменными побуждениями. Вульгарным рсчётом.

Солж-то далеко, и ещё может и не приедет. А Горбачёв прямо здесь и сейчас бабки раздаёт.

Когда Солженицын, наконец, прибыл в спальном вагоне и десантировался, а государство и государственность к тому времени съёжились до одной нефтяной трубы и двух десятков частных счетов в зарубежных банках, на которые деньги за нефть и поступали, и конкретно Алле Латыниной насыпать из этих закромов никто не торопился, вот тогда её гражданская позиция переменилась самым радикальным образом.

Нужно было искать новые финансовые источники. И Солженицын здесь пришёлся, что называется, в роли полезного человека. Потенциальный грантодатель. Такому надо было сослужить хорошую службу.

У Латынинной не заржавело.

Там же, в "Литературной газете", она публикует статью "Кажется, это рэкет". И просто-таки самозабвенно защищает "наше всё" , Александра свет Исаича от наглых нападок литератора Амелина, посмевшего на страницах "Независимой" сказать о Солженицыне ну никак не больше, чем сама Латынина совсем недавно на страницах "Литературки".

Но время другое, и Соженицын больше не где-то там, а здесь и сейчас, и из фигуры абстрактной и далёкой он превратился в реальную политическую силу, с перспективами, открывающими доступ к кассе. Поэтому вчерашний патриотизм и гражданская сознательность немедленно трансформировались в моральные принципы. А их содержанием стало почтение и уважение к классику, человеку, правозащитнику, солнцу в окне, страдальцу, и т.д.

Предвушение скорого наличного расчёта всегда было наилучшим творческим стимулятором для вообще-то крайне ленивой и неопрятной в работе Латыниной.

В своей статье кроме Солженицына она защитила ещё одну "жертву" разнузданной "Независимой" - Булата Окуджаву. Защищала от меня.

Пахан в законе, личный друг Гайдара, Козырева, Чубайса, в день собственного юбилея открыто доносивший на меня членам ельцинского кабинета ( часть доноса общедоступна, сохранилась в записи юбилейного вечера Окуджавы), разумеется не мог прожить и выстоять перед превосходящими силами Ефима Лямпорта и без латынинской поддержки. Совсем задавил старика Лямпорт. Тут-то и подоспела в последний момент Алла Латынина. Подоспела, и получила в награду место цензора на ельцинском телевидении. Хорошее место, - хлебное, икорное. Связи там до сих пор помогают подтянуть дочкины сценарии.

Ближе к кассе, ближе к кассе.

А что Солженицын?

С Окуджавой получилось, с Солженицыным не прошло. То ли злопамятный старик не простил старое - обиделся на "аятоллу", то ли и без Латыниной у него всё схватилось, и в её услугах просто не нуждались. Как бы там ни было, от Солженицына Латыниной не обломилось.

Что же теперь? Правильно!

Новая статья! Потому что надо снять хоть шерсти клок с этой полуживой, глядящей в могилу старой овцы.

И уже совсем недавно на страницах журнала "Новый мир" Латынина публикует статью, в которой делает ну чисто литературоведческое предположение - мы же просто учёные, мы литературоведы, благородные исследователи-филологи, мы из чистого, чистого любопытства и пытливости, из любознательности ха, ха, ха, - что Александр Исаевич много лет назад сработал как агент-инициативник. Сделал телефонный звонок в посольство США и сообщил американцам о предстоящем контакте советского разведчика и западного учёного-атомщика.

http://magazines.russ.ru/novyi_mi/2006/6/la11.html

Это нужно было долго ждать смены идеологической парадигмы, возвращения патриотизма в российскую политическую моду, чтобы, дождавшись, слить Солжа через "Новый мир" как махрового агента нашего стратегического противника. Сбросить зёрнышко промеж жерновов новой коньюнктуры. И денюшку не забыть за помол. Потому что только это и есть главное. За что и боролись.

Три раза продать старое барахло! А?! Учись, молодёжь!
Tags: Букер. Начало Пути
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments