obgyn (obgyn) wrote,
obgyn
obgyn

Солженицын. Жизнь без яйца. Преображение

Зимой 1952 года бендеровцы, запертые в Экибастузском лагере, замутили. Буза переросла в мятеж. Охрана взялась за пулемёты. В зону вошли автоматчики.

В недавнем прошлом офицер советской армии, орденоносец и твёрдый марксист-ленинист Солженицын не мучился с выбором сторон. Всё что ему было известно о подготовке мятежа, он написал, и передал в оперативную часть - дату восстания, запланированного на 22 января, и детали:

"они уже сколотили надёжную группу, в основном из своих - бендеровцев, припрятали ножи, металлические трубы и доски."

(Л.Сараскина. "Александр Солженицын". - стр. 374)

Никаких официальных опровержений подлинности этого документа, написанного Солженицыным, и подписанного его агентурным псевдонимом Ветров, со стороны советских, а позже - российских служб безопасности - никогда не делалась. Ни прежде, ни ТЕПЕРЬ. Это означает только одно - документ подлинный.

Особисты лагеря пытались, по мере сил, предотвратить кровавую бойню, спровоцированную украинскими фашистами, и использовали для этого все имевшиеся у них возможности, в том числе - внутреннюю агентуру. Винить офицера-фронтовика, называя его стукачом, за то, что он безоглядно рисковал жизнью, и даже оказавшись в лагере, продолжил бескомпромисную войну с фашизмом - не только дико, но ещё и подло. Бендеровцы убивали при малейшем подозрении.

Несмотря на все позднейшие заявления, Солженицын в лагере не изменял своих марксистких и советских убеждений. Факты и документы это даже не подтверждают, - а утверждают.

Письмо Солженицына-Ветрова имеет чрезвычайную важность.

Написанное всего лишь за две недели до орхиектомии, оно ясно показывает, что на операционный стол лагерной больницы, под хиругический нож лёг хорошо нам известный - Мальчиш-Кибальчиш, Васёк Трубачёв, комсомолец-доброволец, староста потока, Сталинский степендиат, фронтовик-орденоносец, офицер-артиллерист и советский патриот, а не изворотливый, патологически лживый враг всего. Будущий суперагент антисоветского подполья, таивший за пазухой диверсантский роман - бомбу-вонючку.

29 января Солженицын обратил внимание на быстрый рост старой паховой опухоли - она достигла размеров крупного мужского кулака, и обратился в санчасть. Заключённого-хирурга Янченко, который должен был его оперировать, арестовали за принадлежность к мятежу, и Солженицын вынужден был дожидаться нового хирурга.

12 февраля новоприбывший врач-немец, тоже заключённый, Карл Федорович Донис, сделал операцию.

Через неделю Дониса арестовали.

В последний момент он успел сказать Солженицыну, что отправил препарат на биопсию. "- Запомните! Это очень важно! Срез вашей опухоли я направил на гистологический анализ в Омск, на кафедру патанатомии."

Книга-биография писалась Сараскиной по документам, предоставленным ей Солженицыным, и на материале записанных с ним магнитофонных бесед. То есть - прямая речь хирурга передана лично Солженицыным. Всё, что сказал врач, он дословно воспроизвёл. Значит, что кроме этих - нескольких слов - ничего больше ему сказано не было.

Учитывая сопутствущий операции форс-мажор - мятеж, пулемётная и автоматная пальба, аресты, переполненный раненными лазарет, смена врачей - естественно предположить, что с пациентом никто не обсудил - ни его болезни, ни объёма хирургического вмешательства, ни вероятного диагноза, ни осложнений.

Ничего.

В отношении того, что ему предстоит, Солженицын пребывал в полнейшем неведении.

Через семь-десять дней после операции, когда отёк спал: сунул руку в штаны - нет яйца! А?!!

Какова новость?!

Потрясающе.

Что ему было думать?!! С кем говорить?!! Советоваться?!! Куда бежать?!!! - Может, яйцо по ошибке отрезали лагерные коновалы.

Могли? Могли; почему бы и нет.

Пойди теперь, - докажи, узнай, проверь! Спрашивать некого, и не с кого. А главное, что всё равно уже ничего не сделаешь. Назад не приставишь.

Что с ним происходило в эти минуты? Что он чувствовал?

Ужас. Кошмар.

Самая естественная реакция - быстрее справиться с паникой, и самый скорый способ - не думать о том, что случилось.

Подавить мысли, мешавшие самому важному - выживанию в лагере; борьбе за жизнь. Гнать эти мысли прочь. Забыть.

Вытеснить из сознания.

Процесс вытеснения сформировал мощный подсознательный комплекс.

Сразу, с момента образования, подсознательный комплес взялся за работу: направлял, формировал, компановал новую личность. Постепенно, но неуклонно, разрушая и перекомпановывая старую.

Неразрешённый комплекс со временем укрепляется - таков обычный характер течения процесса, - усиливаясь за счёт ослабления базовой личности. Старые - здоровые черты - утрачиваются; появляются новые - патологические. Сперва происходят малозаметные изменения элементов характера, затем - необратимое перерождение целого. Формируется новая личность.

В итоге, если у нового Солженицына и осталось что-то от прежнего, то это, пожалуй, лишь паспортные данные и внешность.

Фото и Ф.И.О.

Под его именем, фактически, обосновался новорожденный.

Пришелец.

Голливудский Чужой.

Чудовище.

***
тут настаёт критический момент, и наступает чуждый элемент.

(продолжение следует)
_________________________________________________
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments