obgyn (obgyn) wrote,
obgyn
obgyn

Солженицын. Жизнь без яйца. У Кащеева Гроба

Лагерные поэзы поспешно лепились задним числом. Наспех. Видно невооружённым глазом. Для биографического антуража. Поддельные ксивы, удостоверяющие подлинность фальшивой литературной биографии.


Существует одно важное и, на сей раз, подлинное свидетельство, позволяющее серьёзно говорить именно о духовном перерождении А.И. Солженицына.

Намеренно выделяю: духовном. В полном смысле слова.

Это свидетельство настаивает, что болезнь Солженицына не была простым физическим недугом, а возникла, как результат внутреннего конфликта, протекавшего подспудно, может быть, в течении всех лет предшествующей жизни. Обычно, в таких случаях, доказать что-либо сложно или невозможно. Случай Солженицына особый. Доказательство налицо.

За пять месяцев до болезни и операции Солженицын написал письмо жене - Наталье Решетовской:

"Сегодня 23 августа 1950 года приснилось, будто бы ты играешь с кем-то в шахматы, я подошёл приласкать тебя и что-то спросить, а ты буквально процедила что-то сквозь зубы и сухо попросила отойти, не мешать. Я проснулся с горлом, сжатым от боли и со слезами на глазах. Отчего такое - навалились на меня эти сны?"

Думал, что ему жена приснилась. А это не жена была, - Анима.

Душа Солженицына отвернулась; и оставила его.

Дальнейшее было делом времени, техники, обстоятельств; литература или фигурное катание; за коммунистов или против. Ни себе, ни людям ничего хорошего принести Солженицын не мог. С этого момента он был снаряжён и заряжен только для разрушения.

Со стороны выглядит, как опереточное злодейство, в духе антигероев "Супермена" или "Бэтмена". Как-то не верится, что всё сказано в реальной действительности, а не с экрана или со сцены.

"Весело говорил он друзьям, как надо "раскидывать чернуху", и темнить, общаясь с высокими инстанциями; как отпираться от авторства своих текстов; как добиваться большего резонанса своих сочинений и публичных заявлений. ... Я собираюсь всем им нанести первый удар ... Я обрушу целую лавину ... Наступит время, я дам одновременный и страшный залп ..."

(стр 546-547)

Ничего не прячет, не скрывает. Буду резать, буду бить.

Со сладострастным подворотцем - "весело", - ложь залихватски объявлена стратегией, тактикой, универсальным инструментом. Ломом для взлома.

Гнилое шитое белыми нитками разваливается от малейшего толчка. Грубо сколоченное враньё рассыпается. Куда ни ткни, за что ни возьмись.

Поражает даже не столько само - заведомое враньё, касавшееся и большого, и малого, сколько гипнотическая сила внушения. Подпав под неё, терялись опытные люди. Людмила Сараскина - живой пример. Образованный человек, автор нескольких литературных биографий, очевидно обладающая профессиональным навыком работы с фактами и документами, казалось бы никак не должна была пропускать очевидной несуразицы. Спокойно пропускает. Как во сне.

"Через 56 лет ученик этого класса вспомнит классного руководителя и пришлёт ему письмо отчёт о себе и одноклассниках, окончивших в 1955 году школу имени Кирова. "Я помню Ваши слова на выпускном вечере..." (стр.393)

Как так? Складываем в столбик:

1955
+ 56
_____
2011

Это что - вот это?

Наглый обсчёт. Тишинский рынок. Ростовская шпана. Обман; обвес; обмер.

Граждане хорошие, из кармана вывернули гроши!

Он же сам же эти письма себе писал и посылал, а числа проставлял наперёд, в соответствии со старой привычкой. Когда сочинял стишки, датируя задним числом, - фальсифицировал творческий багаж. Теперь подделывает народное признание.

Запасался аж до 2011 года!

Да в Ростове, откуда он родом, казачки бы за такое последнее бы мудё оторвали.

Солженицын врал всегда. Ужас в том, что ему верили и не такие как Сараскина. Твардовский, Хрущёв; старики-добряки - Брежнев, Семичастный, Андропов долго позволяли водить себя за нос.

Продолжают верить. Не потрудившись задуматься; пересчитать хотя бы в столбик. С простым карандашом.

Распоясавшись, воодушевлённый премиями и тиражами, Солженицын сорвался с тормозов окончательно.

Жертвой безудержной клеветы и очернения, вслед за СССР, стала демократия Запада.

Ни СССР, ни США никогда не были идеальными, но активность Солженицына никогда и не была нацелена в пользу идеала. Он ничего не хотел приподнять. Лишь опустить и принизить. Асоциальная личность последовательно разрушала любую человеческую работу. Цивилизацию и культуру, как таковые.

Получал он, в итоге, что просил.

Из СССР Солженицына выслали, в Америке - его сослали. Хватило одной Гарвардской речи чтобы понять что к чему. Не дали разойтись. Определили на годы в карантин, заключив в окружённый забором и лесами вермонтский острог. Фактически под домашний арест. Строго изолировали.

Даже волки избегали его. Обходили стороной.

"Однажды осенью мимо А.И. сидящего под берёзами у пруда, беззвучно прошли два матёрых рыжих волка." (стр 759)

Человеческим духом там давно не пахло.

Сидел; и сидеть бы ему до самого конца. Но началась перестройка. Солженицын засобирался в Россию. Врач-убийца спешил к постели больного.

Россия выжила, Солженицын - умер.

Кощунство служить у Кащеева гроба слезливую панихиду. Другое дело проверить, - нет ли здесь какого посмертного подвоха. Даже призрак способен навести порчу: в школькую программу грозятся ввести сочинения Солженицына.

Контрольный выстрел делу не помешает.

Куда стрелять?

В голову - только порох переводить; ума там не было отродясь.

Пустое сердце заведомо неуязвимо.

Значит, - следуя классическому рецепту, - бить надо в яйцо. Точно и сильно. Смерть Кащея - в Кащеевом яйце.

Это и есть мой метод.
***

(Полная версия чуть позже. С весёлым эпиграфом, подаренным френдом husainov, и предисловием)
______________________________________________________________________
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments